Решение 2-2416/11 Орехо-Зуевского городского суда МО

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 июля 2011 года

ОРЕХОВО-ЗУЕВСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД МОСКОВСКОЙ ОБЛАСТИ В составе председательствующего федерального судьи Лялиной М.А. с участием адвоката <данные изъяты> при секретаре Гнилкиной И.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску <данные изъяты> к <данные изъяты> о признании договора дарения квартиры недействительными, прекращении права собственности, признании права долевой собственности на квартиру,

УСТАНОВИЛ:

Истец мотивирует свои требования тем, что с 03.07.1076 года по 01.10.1992 года состоял в зарегистрированном браке с ответчицей, в период брака ими приобретена квартира № <данные изъяты> в доме <данные изъяты> ЖСК <данные изъяты> по ул.<данные изъяты> в г.Куровское Орехово-Зуевского района Московской области. Истец был зарегистрирован в спорной квартире с 09.07.1982 г. по 16.12.1996 г. После прекращения брачных отношений избрал другое место жительства. В квартире осталась проживать ответчица и их сын <данные изъяты>, который умер 27.04.2010 г. После смерти сына истец узнал, что квартира зарегистрирована на имя ответчицы. После подачи им иска о разделе совместно нажитого имущества выяснилось, что спорная квартира находится в собственности у <данные изъяты> по договору дарения от 31.07.2010 г. Истец считает, что спорная квартира является совместно нажитым в браке имуществом, ему принадлежит 1/2 доля в праве собственности на квартиру. Своего согласия на оформление в собственность всей квартиры только на <данные изъяты> он не давал. Полагал, что по имевшейся договоренности доля, принадлежащая ему, в случае его смерти, будет зарегистрирована на их сына. После смерти сына <данные изъяты> истец узнал, что принадлежацая ему доля в праве собственности на него не оформлена. С учетом уточненных требоаний истец просит суд признать ничтожным договор дарения от 31.07.2010 года квартиры, расположенной по адресу: г, Куровское, <данные изъяты> применить последствия недействительности ничтожной сделки, прекратить право собственности <данные изъяты> на указанна квартиру, прекратить государственную регистрацию права собственности на спорную квартару, признать недейгствительным свидетельство о государственной регистрации права <данные изъяты> на спорную квартиру. признать за <данные изъяты> и <данные изъяты> право общей долевой собственности, в равных долях на квартиру № <данные изъяты> в доме №<данные изъяты> ЖСК <данные изъяты> по ул.<данные изъяты> в
г.Куровское Орехово-Зуевского района Московской области. В судебном заседании представители истца заявленные требования поддержали, пояснили на вопрос суда, что в данном судебном процессе не заявляют иных требований, кроме признания долевой собственностн сторон на спорную квартиру.

Полномочный представитель ответчиков <данные изъяты> по доверенности <данные изъяты> иск не признал, пояснил, что в период брака в 1977 г. <данные изъяты>, являясь членом ЖСК <данные изъяты>, приобрела квартиру на подаренные её отцом деньги в размере стоимости пая. Последние платежи выплаты стоимости за квартиру были произведены в 1988 году. После заключения брака истец переехал в спорную квартриру. По заявлению <данные изъяты> на общем собрании членов ЖСК был рассмотрен вопрос о возможности приобретения пая на квартиру,  но не самой квартиры. Заявление <данные изъяты> было удовлетворено. На момент выплаты пая истец и ответчица проживали вмете, состояли в браке. С момента расторжения брака истец выехал из спорной квартриры, снялся с регистрационного учета по месту жительства, никакого бремени по содержанию квартиры не нес, на квартиру не претендовал. Следовательно, он не считал себя собствсенником квартиры, поэтому в иске о признании за сторонами права собственности по 1/2 доли на спорное имущество должно быть отказано.Также ответчики считают, что истцом пропущен срок исковой давности для обращения в суд о разделе совместно нажитого имущества, так как после расторжения брака с 1992 года он своих прав на спорное имущество не заявлял, и никаким образом на него не претендовал, просил применить срок исковой давности и в иске о разделе совместно нажитого имущества отказать. Также представитель ответчиков полагает, что в иске о признании договора дарения недействительньм следует также отказать поскольку <данные изъяты> является добросовестным приобретателем, спорной квартиры, поскольку он не знал и мог знать о том, что истец претендует на квартиру. А также, что было необходимо испрашиватъ согаасие истца на совершение сделки дарения квартиры.

Представитель 3-его лица без самостоятельных требований ЖСК <данные изъяты> в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Суд, изучив материалы дела, выслушав участников процесса, оценив представленные доказательства в их совокупности, приходит к следующему.

В судебном заседании устновлено, что 03.07.1976 года <данные изъяты> и <данные изъяты> зарегистрировали брак, о чем составлена запись о заключении брака № <данные изъяты>. От брака родился сын <данные изъяты>, который умер 24.04.2010 года.

01.10.1992 года брак расторгнут, запись № <данные изъяты>, свидетельство о расторжении брака выдано <данные изъяты>.

В период брака супругами была приобретена квартира <данные изъяты> в доме <данные изъяты> ЖСК <данные изъяты> по адресу <данные изъяты>. Указанная квартира приобретена сторонами путем выплаты паевых взносов, которые выплачены полностью в декабре 1988 года, согласно справки ЖСК <данные изъяты> № 22 от 14.06.2010 г. Сумма паевых взносов составила <данные изъяты>. Из справки также следует, что ответчик <данные изъяты> является членом ЖСК <данные изъяты> и ей принадлежит на праве собственности квартира по адресу <данные изъяты>.

Согласно свидетельства о гсударственной регистрации права от 21.07.2010 года за ответчиком <данные изъяты> зарегистрировано право собственности на квартиру ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним 21.07.2010 года, запись о регистрации № <данные изъяты>.

Согласно ст.106 ГК РСФСР, действовавшего на момент выплаты пая в жилищном кооперативе, у совместно проживающих супругов и их несовершеннолетних детей, может быть только один жилой дом (или часть жилого дома), принадлежащего на праве собственности одному из них или находящийся в их общей собственности. Право собственности одного или нескольких граждан из числа указанных в ч.2 статьи на часть дома не лишает остальных из этих гарждан права иметь в собственности другую часть этого же дома. Однако в многоквартирном доме жилищно-строительного коллектива индивидуальных застройщиков совместно проживающие супруги и их несовершеннолетние дети могут иметь только одну квартиру.

В соответствии со ст.112 ЖК РСФСР, действовавшей на момент выплаты пая в жилищном кооперативе, принятие на учет граждан, желающих вступить в ЖСК, производилось по месту жительства на основании решения исполкома местного Совета народных депутатов, а по месту работы - на основании совместного решения администрации и профсоюзного комитета предприятия, учреждения, организации, при которых организуется кооператив.

Так, из лицевого счета Куровского ПМО (л.д.....) следует, что ЖСК <данные изъяты> образован при указанном предприятии, лицевой счет открыт на имя <данные изъяты> 05.01.1985 года, состав семьи <данные изъяты> - жена, <данные изъяты> - сын. Семья в указанном составе проживала в спорной квартире, о чем свидетельствует акт проверки жилищных условий от 1985 года (л.д. .....).

Затем по состоянию на 18.03.1998 года в лицевом счете (л.д. ....) указаны зарегистрированные по указанному адресу <данные изъяты> и сын <данные изъяты>, то есть истец <данные изъяты> уже не проживал в спорной квартире.

Из ст.118 ЖК РСФСР следует, что лицу, принятому в члены жилищно-строительного кооператива, по решению общего собрания членов кооператива, предоставляется отдельная квартира в соответствии с количеством членов семьи, суммой его паевого взноса и предельным размером жилой площади, предусмотренным примерным уставом ЖСК. Заселение квартир в доме ЖСК производилось по ордерам, выдаваемым исполкомом районного, городского Совета народных депутатов.

Таким образом, на основании вышеизложенных установленных ходе судебного разбирательства обстоятельств и вышеизложенных норм права, суд приходит к выводу, что супруги <данные изъяты> и <данные изъяты>, находясь в браке, ведя совместное хозяйство, приобрели спорную квартиру в собственность путем выплаты паевых взносов из средств семейного бюджета в декабре 1988 года, то есть спорная квартира является совместным имуществом супругов в смысле ст.34 СК РФ и подлежит разделу в соответствии со ст.38 СК РФ. Доводы ответстчика о приобретении квартиры с помощью денежных средств родителей сторон по делу, судом во внимание не принимаются, поскольку доказательств суду не представлено. Также не подлежит удовлетворению заявление ответчика <данные изъяты> о применении к требованиям истца о разделе совместного имущества срока исковой давности по следующим обстоятельствам.

Согласно ст.196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Согласно ч.7 ст.38 СК РФ к требованиям супругов о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, применяется трехлетний срок исковой давности.

Статьей 200 ГК РФ предусмотрено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узанало или должно было узнать о нарушении своего права.

В п.19 Постановления Пленума ВС РФ № 15 от 05.11.1998 г. "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака" (в редакции Постановления Пленума ВС РФ от 06.02.2007 года №6) разъяснено, что течение трехлетнего срока исковой давности для требования о разделе имущества супругов ..... следует исчислять не со времени прекращения брака, ... а со дня когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (п.1 ст.200 ГК РФ).

Как устанолено в судебном заседании истец узнал, что его право нарушено, а именно, что вся квартира зарегистрирована на бывшую супругу <данные изъяты> при обращении в суд в июле 2010 года, а о том, что раздел имущества супругов в виде недвижимого имущества подлежит государственной регистрации не знал. При таких обстоятельствах срок исковой давности по защите права на рпаздел супружеского имущества истцом не пропущен.

Однако, в силу разъяснений, данных в п.15, 16 Постановления Пленума ВС РФ от 05.11.1998 года № 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака" (в редакции Постановления Пленума ВС РФ от 06.02.2007 года № :) разделу подлежит только имущество супругов, имеющееся в налиции либо  находящееся у третьих лиц. В случае, когда при рассмотрении дела будет установлено, что один из супругов произвел отчуждение общего имущества или израсходовал его по своему усмотрению вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи, или скрыл имущество, то при разделе учитывается это имущество или его стоимость.

В ходе судебного разсирвательства было установлено, что 31.07.2010 года <данные изъяты> подарила спорную квартриру № <данные изъяты> по адресу <данные изъяты> гражданину <данные изъяты> (л.д. ...), переход права зарегистрирован в устаноленном порядке.

Истец оспаривает данный договор дарения, считает его ничтожным по мотиву того, что спорная квартира приобретена сторонами в период брака, является совместно нажитым имуществом, поэтому в силу статей 34, пункта 3 статьи 35 СК РФ истцу принадлежит право собственности на 1/2 долю данной квартиры, поэтому при ее отчуждении требовалось нотариально удостоверенное согласие бывшего супруга <данные изъяты> на совершение сделки, и что указанное обстоятельство само по себе является достаточным основанием для признания сделки недействительной.

Между тем, нормы статьи 35 СК РФ распространяются на правоотношения, возникшие между супругами, и не регулируют отношения, возникшие между иными участниками гражданского оборота. К указанным правоотношениям необходимо применить ст. 253 ГК РФ, согласно пункту 3 которой каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех ее участников. Совершенная одним из участников совметсной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требьованию остальных участников по мотивам отсутствия у  участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Таким образом, при разрешении спора о признании недействительной сделки по распоряжению общим имуществом, совершенной одним из участников совместной собственности, по мотивам отсутствия у него необходимых полномочий, либо согласия других участников, когда необходимость его получения предусмотрена законом (статья 35 СК РФ) суд приходит к выводу, что такая сделка является оспоримой, а не ничтожной, как это считает истец.

В соответствии с положениями пункта 3 статьи 253 ГК РФ требование о признании такой сделки недействительной может быть удовлетворено только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об указанных обстоятельствах.

Следовательно, оспариваемый истцом договор дарения квартиры может быть признан недействительным лишь при доказанности того, что другая сторона в сделке <данные изъяты> знал или заведомо должен был знать об отсутствии согласия <данные изъяты> на совершение сделки, и о том, что право <данные изъяты> при заключении договора дарения будет нарушено.

Но в судебном заседании суду не предоставлены доказательства того, что <данные изъяты> знал или заведомо должен был знать об отстутвии согласия истца на совершение сделки, и о том, что право <данные изъяты> при заключении договора будет нарушено. Таким образом у суда не имеется законных оснований для признания сделки дарения спорной квартиры недействительной, а также для применения последствий признания сделки недействительной, тем более таких, которые изложены в просительной части искового заявления, при которых истец просит прекратить право собственности <данные изъяты> на спорную квартиру, признать прво сосбтвенности на спорную квартиру в равных долях за бывшими супругами, сторонами по деул, поскольку истец стороной оспариваемой сделки дарения не являлся.

Поскольку суд пришел к выводу об отстутствии оснований для признания сделки недействительной, остальные требования истца о прекращении права собственности на спорную квартиру <данные изъяты> и признании недействительными выданных на его имя регистрационных документов также не подлежат удовлетворению.

На основании вышеизложенного, учитывая, что в ходе судебного разбирательства иных требований, кроме признаний права собственности на долю спорной квартиры, истцом не заявлено, что в судебном заседании подтвердили представители истца, суд, не имея возможности выйти за пределы заявленных требований в силу ст.196 ГПК РФ, приходит к выводу об отказе в иске в полном объеме, тем более, что истец не лишен возможности заявить иной иск о разделе имущества.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

ОТКАЗАТЬ <данные изъяты> в иске к <данные изъяты>, <данные изъяты> о признании сделки дарения квартиры недействительной, признании регистрационных свидетельств недействительными, прекращении права сосбственности, признании права долевой собственности на квартиру.

Решение может быть обжаловано в Мособлсуд в течении 10 дней.

Председательствующий:

ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА НАС

Часы работы

Прием адвокатами в офисе МКА "ЭГИДА"

Понедельник-Пятница: ....... 10.00-18.00

Суббота,Воскресенье: ................ Закрыто

Праздничные дни: ........................ Закрыто

© 2017 МКА "ЭГИДА". Все права защищены. Дизайн сайта разработан JoomLead.